Во Львове ребёнка затравили и заставили отказаться от родного русского языка

Во Львове ребёнка затравили и заставили отказаться от родного русского языка. На Украине все чаще устраивают самосуды над детьми за использование родного русского языка.

Как передает корреспондент ПолитНавигатора, об этом в киевском издании Зеркало недели пишет детский клинический психолог Ирина Королец.

Если по-украински, то можно все? Получается, что так. В социальных сетях можно все чаще увидеть истории о том, как взрослые люди позволяют себе насилие по отношению к чужим детям, опираясь при этом на языковой закон Украины. Они хватают детей за руки, трясут их, ругают матом, выслеживают, высмеивают в присутствии других с чувством абсолютной власти и дозволенности вершить самосуд, фиксируя все на камеру и выставляя на всеобщее обозрение.

Печально то, что ни эти люди, ни комментаторы под постами, которые поощряют к расправе, не несут наказания. Еще более грустно и обидно становится, когда в таких историях в защиту насильника, а не ребенка становится языковой омбудсмен, - пишет Королец.

Она рассказывает, что сама родом из Макеевки (ДНР), в 2014-м выехала в Днепропетровск, а через два года - во Львов, а с 2022 года живет в Берлине.

Во Львове ребёнок Королец сталкивался с травлей за русский язык - отказывался ходить в садик из-за нападок детей.

Они были воспитаны так, что русский язык зло. А значит, злом есть и его носители. Воспитательница, узнав об этом, стала рассказывать историю Украины, переводить детям на украинский определенные слова, поговорила с родителями и защищала моего ребенка от агрессии.

В первом классе учительница молчала, когда дети выкрикивали: Дома будешь так разговаривать, москалька, и говорила, что ответ неправильный, когда он был правильный, но русскими словами, вместе с тем не помогая перевести их. Мы сменили школу. И в какой-то момент украинский стал для ребенка родным, - хвастается Королец тем, что у ее ребенка в итоге отбили желание говорить на родном языке.

Более того, автор далее сама фактически поощряет репрессивные меры.

Если дети слушают песни на русском языке в публичном месте нужно писать жалобу в эти органы. Детей можно только попросить прекратить или зафиксировать правонарушение.

Фактически с ее стороны мы видим попытку продвинуть так называемую мягкую украинизацию, суть которой, в принципе, ничем отличается от целей оголтелых русофобов - искоренить русский язык.